Всего мы увиделись с прекрасным спортсменом еще два или три раза. Один раз пересеклись на каком-то мероприятии. То, что я помню больше всего про эти встречи – это что я вела себя совсем не как «женщина высшего пилотажа». Это определение я услышала в лекциях Вероники Хацкевич, которые мы активно слушали с подругой в тот период, будучи в активном поиске ключей к лучшей жизни.
Я вела себя именно так, как ведут себя неуверенные в себе девушки, которые не умеют оставлять мужчинам пространство для мужских поступков. Девушки, которые пишут сами, которые готовы поменять все планы ради встречи в последнюю минуту, которые удобные, и тем самым совсем не ценные и не желанные.
Но я была далеко не глупой девушкой. Я вела себя так не из-за отсутствия ума или мудрости, а из-за какой-то невероятной внутренней дефицитности.
Я уже несколько лет не ощущала это чувство, но помню, насколько оно болезненное. Иногда мне снятся сны, в которых я проживаю сценарии, где ощущаю эту беспомощность: в этих снах мой мужчина либо не может никак до меня добраться, либо я узнаю, что у него есть кто-то еще, и что он хочет, чтобы так и было – и я, и кто-то еще. И я просыпаюсь с чувством беспомощности, несправедливости, невыносимой боли и обиды и желанием кричать: «Ну почему? За что ты так со мной поступаешь?»
Я понимаю, что это очевидные отголоски моего детства, в котором я не могла выйти из ситуации, где мне приходилось терпеть второстепенную роль в папиной жизни после его женитьбы и рождения детей во втором браке. И это даже не полное отвержение – это состояние под названием «знай свое место»: «ты важна, но есть те, кто поважнее», «я хочу, чтобы ты была рядом, но только так, как мне удобно», «я буду прикладывать усилие, чтобы ты осталась, но я не заинтересован в твоих личных желаниях, интересах и чувствах».
Когда я просыпаюсь, мне неприятно. Но я вспоминаю, что в моей жизни уже давно все совсем не так. Но сны продолжают сниться, а значит я еще не полностью освободилась от этих детских травм и обид.
Я это рассказываю после нескольких лет кропотливого труда на пути самопознания. А тогда, когда я только начала становиться на этот путь, мне все это было непонятно. Невозможно решить проблему, которую не осознаешь. Если задавать вопрос: «Почему мужчины такие?», а не «Почему я чувствую и веду себя так рядом с мужчинами?» то это перекладывание ответственности и позиция жертвы. На мой взгляд, другой результат можно получить только в том случае, если «проблему» всегда искать в себе.
Когда я была маленькая, мой папа озвучивал этот принцип так: «Если все вокруг дебилы, то скорее всего дебил – это ты». Это грубо, но понятно. Но это еще и поверхностно. Я раньше это понимала, как призыв к изменению своего поведения, а сейчас осознала, что суть не в том, чтобы надрессировать себя до «идеального» поведения, а найти в себе те болевые точки, обиды и травмы, которые провоцируют поведение, причиняющее эту боль снова и снова. И позволить себе поверить во что-то другое, во что-то лучшее.
Поверить, что я ценная, достойная, достаточная, важная, любимая, хорошая, умная, интересная, желанная, успешная, способная. Поверить на уровне клеток тела так, что мне никогда не придется стоять по утрам перед зеркалом и проговаривать какие-нибудь трендовые аффирмации, когда я просто знаю это, когда все мои мысли, решения и действия основаны на абсолютной вере в то, что я достойная, любимая и ценная.
Вот это интересная задача.
Я уже знала, что надо стать той, которая в это верит, но еще была очень далека от самой веры. И вела себя соответственно. И я заметила, что когда нет внутреннего стрежня, когда нет опоры на веру в себя, то мозг может оправдать любые поступки, особенно мозг человека с моим уровнем интеллекта. Я всегда находила логичное оправдание своему поведению, хотя основой этого поведения была вера в то, что я достойна именно того, что прожила в детстве – необходимость смириться с жизнью на втором плане.
Кульминацией моего провального поведения был эпизод, когда я сама пригласила своего прекрасного спортсмена на встречу, на которую он не пришел. Я не помню, кто начал в тот день разговор, но помню, что он не отказал мне сразу, а дождался позднего часа и написал, что не сможет. Я на тот момент уже не смотрела сообщения и прочитала это на следующее утро. Я помню, что весь тот вечер и следующий день провела с чувством невероятной боли и отверженности, и, что, наверное, главное, с чувством отвращения к себе, потому что умом я понимала, что веду себя ни то, чтобы не как «женщина высшего пилотажа», а как женщина-тряпка, которая ни во что себя не ставит. Я не просто не была достаточно интересна мужчине для того, чтобы он сам за мной ухаживал, но и в принципе видеть меня ему было совершенно незачем.
Понимая это умом, мне было противно наблюдать за собственным поведением. Но я была как наркоман, который не может остановиться, не может справиться с собой. Я чувствовала, что совершенно не обладаю силой воли, чтобы вести себя иначе. Сейчас я понимаю, что дело не в силе воле, а в том, что в своем поведении я опиралась полностью на подсознательную веру в уровень своей ценности. А уровень был не очень высоким.
Конечно, ни одна женщина не будет нравиться всем мужчинам. Но достойная женщина не измеряет свою ценность тем, что она кому-то не понравилась. Она просто знает, что она ценная, и это ей покажут своим отношением к ней те мужчины, у которых она вызвала интерес. Если с ней кто-то познакомится, а потом не напишет, она решит, что просто это был не тот мужчина. Она не решит, что проблема в ней, или что с ней что-то не так, что она его недостаточно зацепила.
А я такой вывод делала много раз. Я проваливалась в свое привычное состояние отверженности, если мужчины пропадали или проявляли ко мне вялый интерес. У меня это записалось на подкорку в детстве: папа меня всегда вставит на второе, пятое, десятое место в своей жизни, потому что я недостаточно хорошая для него. Это похоже на механизм, который приводит маленьких детей к тому, что они чувствуют себя виноватыми в разводе родителей. Маленькие дети находятся в слиянии со своими родителями, и поэтому принимают все на свой счет.
Мой папа не смог найти в своей жизни место для меня так, как я бы этого хотела. Но это он не смог, а не я была недостойна этого. Но эти убеждения сидят в людях так глубоко, что разглядеть их – огромный труд. Именно этот труд приводит к исцелению и к достижению других результатов в жизни. Это то, что позволяет взять ответственность за свою жизнь и за результат. Только мы сами можем исцелить свои раны, так же как наше тело исцеляет себя само, даже если ему в этом помогают врачи.
Такую сильную боль, которую я ощутила после отказа спортсмена встретиться со мной, я с тех пор не испытывала. Она меня все-таки чему-то научила. Но это был еще урок из «курса для начинающих» и впереди было еще много уроков. Тот эпизод случился летом того же 2019 года. Наши с ним встречи были достаточно редкими и нерегулярными.
А весной у меня закрутилась еще одна романтическая история, которая начала меня уже серьезно подталкивать к выходу из моего брака с мужем.