Мудрые люди и вдохновляющие посты в инстаграме говорят, что конец – это всего лишь новое начало. Говорят, что нужно отпускать то, что уходит, освобождая место для чего-то нового и лучшего. Когда что-то «уходит» само, или когда что-то отбирают, бывает трудно отпустить. Когда с чем-то уже самому хочется расстаться, то конец приносит радость.
Иногда хочется с чем-то расстаться, что-то завершить, но страшно. Страшно, потому что привык, потому что неизвестность пугает. Страшно, что лучше может быть и не получится, и тогда будет обидно потерять то, что вроде было не оптимально, но терпимо.
В таком состоянии я находилась к концу 2018 года. Мне было страшно уйти от того, к чему я привыкла за предыдущие 10 лет. А уйти хотелось. Уйти с работы и от мужа, потому что я уже не видела возможности наладить ни то, ни другое.
Мне было страшно, потому что мне было «некуда» идти. У меня не было понимания, как обеспечить свой уровень жизни, не работая у папы. Ведь помимо зарплаты, он помогал нам оплачивать расходы на дом и на домашний персонал.
Я очень боялась разрушить брак и не найти чего-то лучшего. Мне не к кому было уходить, и к тому же я очень переживала о том, как потенциальный разрыв отношений может повлиять на наших троих детей. Тогда сыновьям было 5 и 3 года, а дочери всего полтора.
Я очень хотела и, может быть, надеялась, что «трудное решение» на пути к новой жизни примет мой муж. Конечно же, он понимал, что мы живем не по средствам. Иногда он высказывал, что жить в таком большом доме и иметь собственного садовника нам не по карману, но он не был готов взять на себя ответственность за нашу семью. К концу наших отношений у него не было стабильной работы, поэтому, думаю, размах нашего стиля жизни его пугал еще больше. В такие моменты я ему говорила, что если он так считает, то я готова его поддержать, готова переехать в более скромное жилье и отказаться от такого количество домашнего персонала, чтобы наша жизнь стала нам «по средствам». Но он говорил, что такой поступок испортит отношения с моим отцом, и это не стоит того.
Думаю, что ему не хотелось отказываться от материальных благ, которые «свалились» ему на голову после женитьбы. Но и я отказаться от них не могла. Все эти блага были нам предложены и так легко даны, и я никогда не была из тех, кто стремился добиться всего сам, не беря ни рубля у своих родителей. Но, в моем случае, эти рубли стали препятствовать развитию моего мужа.
Со мной в институте училась девушка, которую зовут Гульнара. Она невероятно красивая и из обеспеченной семьи. Она приезжала в институт на BMW X5 и жила в каком-то хорошем районе. Когда она вышла замуж, примерно в то же время, что и я, она поменяла свою BMW на Opel, потому что «так сейчас может мой муж». Может быть, я путаю какие-то детали, но запомнила я эту историю так. Запомнила и никогда не забывала, потому что понимала, что так и надо. Но я так не делала. Я вышла замуж, и приняла от отца в подарок дорогую машину, и купила своему мужу еще одну дорогую машину на деньги, которые получила, конечно же, через отца, хоть и не напрямую.
Даже тогда я ощущала, что это неправильно. Но мне как будто не хватало сил поступать иначе, и это приводило к еще большей неудовлетворенности своей жизнью. Я мечтала о том, чтобы мой муж сказал мне, что он очень ценит подарки и поддержку моего папы, но что он и сам мужик, и должен сам добиться для нас материального успеха. Но он так и не сказал мне эти слова за 10 лет отношений. А я так и не смогла его вдохновить на них, потому что приучила его к тому, что в семье всегда появятся деньги моего папы, и все будет оплачено, куплено и организовано.
Но и папа не хотел ничего менять. Для него деньги – это очень мощный язык любви, и не только. Через мою потребность в его деньгах папа чувствовал себя нужным мне, и ему ни к чему был конкурент в лице богатого мужа. А я, как наркозависимая, постоянно пыталась слезть с иглы папиной финансовой поддержки, и постоянно к ней возвращалась.
Я не говорю, что финансовая поддержка родителей – это плохо. Я совсем не из тех, кто хочет всего добиться сама. Сегодня я с огромной благодарностью развиваюсь именно за счет ресурсов своего отца. Но именно развиваюсь, а не просто живу за его счет, как делала это многие годы.
В наших отношениях с мужем к тому моменту было много трещин. У меня были попытки что-то наладить, но сейчас я понимаю, что не хватало инструментов. По моему совету он тоже прошел марафон Блиновской, мы читали разные книги про осознанность, но это не давало достаточно быстрого результата.
Еще той осенью я прошла марафон, в котором был какой-то вопрос или тема про поддержку личного роста и развития со стороны близких. Я помню, что смысл был в том, что ваша вторая половинка должна быть источником поддержки, а не препятствием. Это помогло мне осмыслить, насколько мой муж меня на самом деле не поддерживал, и я почувствовала себя в еще большем тупике.
Бывали случаи, когда его раздражало, что я все время занята. Работа, учеба, дома трое детей. Он говорил мне, что я всех забросила, включая его, что я такая «великая» и деловая. Иногда я раздражалась в ответ и говорила свой набор гадостей про отсутствие дохода с его стороны, а иногда спрашивала, как он хочет, чтобы было? Как мне организовать свою жизнь и время, чтобы он был доволен? В такие моменты он быстро остывал и говорил, что я все делаю правильно и у меня большие возможности для развития в моем проекте, и ничего менять не надо.
Но это было не поддержкой. Он редко упускал возможность выразить свое недовольство по поводу того, что дети дома вечером хотят внимания, или пожаловаться на что-то, что случалось с ним за день. У нас в то время работали две няни посменно, и дети всегда были под присмотром. Не было ни дня, чтобы мы были одни с собственными детьми без няни. Их работу оплачивал мой отец.
Послушав марафон, я еще ярче увидела масштаб «неподдержки» моего мужа. Я в тот период очень уставала, очень старалась, выкладывалась по полной. Я поняла, что «поддержкой» было услышать от мужа вечером слова о том, что дома все под контролем, даже если он потушил пожар, остановил потоп и успокоил 3 детские истерики одновременно. Поддержкой было бы не сливать на меня свое раздражение, не вовлекать меня в процессы, которые он мог бы решить и сам.
Мой папа мне как-то рассказал, что хороший менеджер – это тот, кто решает максимальное количество вопросов на своем уровне, и не бегает к руководителю за помощью. Он рассказывает о проделанной работе и о решенных проблемах, не вовлекая в их решение руководителя, тем самым позволяя ему выполнять уже свои задачи.
В нашей системе мой муж был дома и не работал. Но он не захотел взять на себя роль «менеджера дома и детей», пока я трудилась вне дома, чтобы увеличить доход для нашей семьи. Я помню, что он не хотел даже брать на себя роль заботы о доме, и помощник по хозяйству обращался со многими вопросами эксплуатации ко мне. Меня раздражало, что без напоминания муж не выносил мусорное ведро.
Получалось, что я не могла полноценно сконцентрироваться на своем профессиональном развитии, потому что мой муж вовлекал меня во все бытовые вопросы. Но он не хотел и сам пойти зарабатывать, чтобы я могла посвятить себя семье и дому. Я чувствовала, что на мне висели обе роли – и мужская, и женская.
Сейчас я бы себе посоветовала перестать выполнять мужскую роль, и таким образом позволить мужу в нее вступить. Но тогда мне казалось, что «он же не хочет, и поэтому мне приходится». К тому же мне хотелось развиваться и чего-то добиться, и я не видела, что на самом деле мы с мужем вступили в конкуренцию за звание «более успешного мужчины». Я боялась, что если я перестану работать, он и не начнет, и тогда мы вообще останемся без денег.
Потребность в контроле – это отсутствие доверия к миру, к Богу, к близким. Это страх, который идет из детства, потому что в детстве чего-то не хватило от родителей, и нет уверенности в том, что получишь желаемое, если не будешь за него бороться и контролировать процесс.
До этих осознаний мне было еще далеко, и я постоянно пребывала в состоянии бессилия. Я не понимала, что еще я лично могу сделать, чтобы отношения стали лучше. Я видела только недостатки мужа, я злилась и раздражалась, и не видела надежды.
Но процесс расставания занял время. Первым ощутимым шагом к расставанию стала поездка в Альпы весной 2019 года. Начиная с того, как я ее запланировала и что в ней происходило, и заканчивая тем, как я после нее изменилась внутренне. Эта поездка, наверное, и запустила необратимый процесс распада нашего брака. Это был некрасиво, непросто и болезненно. Но, когда человек сам еще не умеет идти по жизни в роли ученика, жизнь учит его насильно.
Я не могу сказать, что горжусь тем, что я делала и чему позволяла происходить в процессе своей большой «трансформации», но я благодарна тому, что прошла этот путь, что научилась «учиться» у событий своей жизни и мне нравится, где я сейчас и куда двигаюсь.
То, что со мной происходило следующие полтора года, мне хочется назвать «истерикой». Это процесс освобождение своей истинной сущности; начало позволения себе делать то, что хочется; постепенное принятие ответственности за свою жизнь.
Буду стараться писать об этом честно, без прикрас, и не оправдывать себя.
